Регистрация

Полит.ру: Цель - 4 процента

Как решение Главы ЦБ РФ Эльвиры Набиуллиной об увеличении уровня международных резервов до 500 млрд долларов отразится на курсе рубля? Тему комментирует председатель Наблюдательного Совета ГИФА Константин Корищенко



В четверг курс рубля на Московской бирже продолжил падение. За один доллар какое-то время давали более 56 рублей, а евро  почти достиг уровня в 63 рубля. Падение российской национальной валюты — не очень приятная новость для тех, кто все же собирается провести летний отпуск за границей, но рядовые граждане, кажется, последние, о ком думают сейчас трейдеры.

 

Два из трех основных факторов, подталкивающих рубль вниз, уже привычны.

 

Первый фактор — цены на энергоносители. Нефть в четверг подешевела на 2,5% до 62,84 долларов за баррель марки Brent, в том числе на новостях из Соединенных Штатов — местное министерство энергетики в очередной раз сообщило о повышении запасов сырой нефти в хранилищах на территории страны.

 

Второй фактор — обострение ситуации на востоке Украины. Накануне в Донбассе начались столкновения между сепаратистами и украинской армией, эпицентром боев стал поселок Марьинка, западный пригород Донецка. Очевидно, что продолжение войны на Украине сделает невозможным даже послабление санкций в отношении России, что обязательно скажется и на ее экономике, и на курсе национальной валюты.

 

Третий фактор, однако, заставил все заинтересованные стороны задуматься о будущем российского рубля. Глава Центрального банка Эльвира Набиуллина заявила, что ее учреждение в течение 3-5 лет намерено купить на открытом рынке 150 млрд долларов, так как, по ее словам, комфортный уровень резервов для ЦБ находится на уровне 500 млрд, сейчас же размер международных резервов России еле превышает отметку в 350 млрд долларов.

 

Впервые тема «комфортного» размера резервов ЦБ возникла 13 мая, когда Банк России начал приобретение валюты на рынке. Тогда аналитики решили, что регулятор таким образом решил остановить укрепление рубля, но заместители Набиуллиной Ксения Юдаева и Дмитрий Тулин сообщили депутатам Государственной Думы, что Банк России скупает валюту для накопления резервов и в ближайшее время будет объявлен целевой показатель, к которому он будет стремиться.

 

Заведующий кафедрой фондовых рынков и финансового инжиниринга Факультета финансов и банковского дела РАНХиГС профессор Константин Корищенко рассказал «Полит.ру», что в мире не существует формально принятого стандарта по расчету достаточности обязательных резервов центрального банка страны. Существует, по крайней мере, три способа расчета необходимых международных резервов:  за некий определенный период они должны либо обеспечить бесперебойный импорт, либо гарантировать погашение определенной доли внешнего государственного и корпоративного долга, либо обеспечивать возможность обмена части денежной массы на иностранную валюту по текущему курсу.

 

Сейчас, по подсчетам «Ведомостей», с учетом всех международных критериев (отношение к трехмесячному импорту, к краткосрочному долгу, к денежной массе) России достаточно иметь 188 млрд долларов, что почти вдвое меньше того, что сейчас находится под управлением ЦБ. Но, уверена Набиуллина, у России своя специфика: оптимальный уровень резервов должен покрывать оттоки капитала в течение 2–3 лет.

 

Проблема, однако, в том, что в арсенале Центрального банка есть только один единственный способ покупать валюту — продавать рубли, то есть увеличивать денежную массу. При этом под руководством Набиуллиной Банк России перешел к политике таргетирования инфляции, то есть системы, когда вся денежная политика направлена исключительно на достижение заранее определенной цифры роста цен: сейчас это 4% в 2017 году.

 

Политика таргетирования инфляции - очень сложное дело для руководства любого центрального банка. При любой ситуации, во время роста экономики или стагнации, рынок требует от ЦБ увеличения количества денег в обороте. Казалось бы, все просто: при стабильном объеме денежной массы и экономическом росте должна происходить дефляция, а при спаде — инфляция. Но снижать цены всегда сложней, чем повышать, ведь частным компаниям приходится сокращать и зарплаты, и резервы, и ставки по кредитам. В результате во всех странах мира сейчас действуют так называемые фиатные деньги, которые нельзя разменять на какой-то физический объект, например слиток золота, по фиксированному курсу.

 

Собственная валюта, впрочем, дорогое удовольствие, которое доступно лишь немногим странам. Валюты большинства небольших государств так или иначе привязаны к доллару или евро, например в 1990-е годы Банк Эстонии старался поддерживать свои резервы на таком уровне, чтобы иметь возможность обменять все кроны на немецкие марки по курсу 1:8.

 

Особенность фиатных денег в том, что их, теоретически, можно печатать бесконечное количество, причем устройство современной банковской системы предполагает, что государство в лице ЦБ лишь отчасти обеспечивает увеличение денежной массы, во многом на это работают коммерческие банки.

 

Но увеличение денежной массы неминуемо приводит к инфляции — сразу, если оно происходит в момент спада производства, или к окончанию экономического цикла, если база увеличивается в момент роста.

 

Смысл таргетирования инфляции в том, что Центральный банк обещает всем, кто использует национальную валюту, а это все население страны и все отечественные компании, что он потратит все силы на то, чтобы к определенному сроку инфляция была на определенно уровне. Это позволит и населению, и компаниям лучше планировать свое будущее, что, конечно, лучше сказывается на уверенности в завтрашнем дне.

 

Проблема таргетирования инфляции в том, что эта политика базируется на доверии экономических агентов центральному банку. Если компании и люди верят центральному банку, то они поддерживают уровень сбережений и трат на удобном для себя и прогнозируемом для монетарных властей уровне. Благодаря этому и становится возможным рассчитать уровень инфляции. Если веры в действия ЦБ нет и все ожидают, что, например, рост цен к заданной дате будет выше, то люди и фирмы начинают тратить деньги, оборот денег в экономике ускоряется, в результате инфляция возрастает. Если ожидаемый рост цен ниже запланированного, то растут резервы, что вообще может привести к дефляции. Именно поэтому так важно, на какую инфляцию рассчитывает население и компании и совпадает ли эта цифра с прогнозами ЦБ и правительства.

 

И тут Эливира Набиуллина, которая обещала настроить работу ЦБ так, чтобы в 2017 году инфляция составила не больше и не меньше 4%, заявляет, что Банк России будет скупать валюту, а значит вбрасывать в экономику рубли. Естественно такое заявление сразу ставит под вопрос доверие монетарным властям страны, а значит и всю политику таргетирования инфляции.

 

Не удивительно, что в пятницу торги на Московской бирже открылись снижением курса российской валюты — сразу после начала торгов за доллар давали почти 57 рублей, а за евро около 64. Однако затем курсы обеих валют резко упали, перекрыв даже уровень закрытия четверговых торгов.

 

Причина разворота торгов, вполне вероятно, в «словесной интервенции» руководства ЦБ. Первый зампред Банка России Дмитрий Тулин в ходе Международного банковского конгресса в Петербурге заявил, что покупка валюты для пополнения золотовалютных резервов ЦБ не противоречит политике таргетирования инфляции, а руководство ЦБ будет корректировать свои действия с учетом ситуации на рынке.

 

Так что вопрос о том, удастся ли в 2017 году достичь уровня инфляции в 4%, минимума за несколько десятилетий, остается открытым. Задавать его, впрочем, надо не только правительству и Центральному банку, но и всему населению страны.

 

Оригинал




Добавить комментарий

Наши партнеры